Как запретить информационную агрессию?
Использовать информационные ресурсы в преступных целях нельзя.
Как и множество других документов, принимаемых в ООН, резолюция Генеральной ассамблеи на эту тему – она будет, видимо, принята в декабре – выглядит совершенно несущественной и несерьезной. Это рекомендация, которая ни к чему не обязывает – напомним, что в ООН только резолюции Совета Безопасности выполнять обязательно, под угрозой санкций, и то страны типа Израиля или Ирана своими делами этот факт оспаривают.
Однако не будем забывать и другое - для чего существует ООН. Это, среди прочего, организация, где формируется международное право, мировое общественное мнение. Его можно игнорировать, но оно есть. В последние годы было много попыток этого самого игнорирования, но не все они были успешными.
И вот сейчас Первый (политический) комитет Генассамблеи одобрил российский проект резолюции о предотвращении использования в преступных целях информационных технологий и ресурсов. 167 голосов «за», нет воздержавшихся, США в единственном числе против. Значит, в декабре, на самой Генассамблее, он тоже пройдет.
Что в этом документе говорится? Это рекомендация правительствам обращать внимание на опасность информационных диверсий и разрабатывать меры по «ограничению» этих угроз. При этом, конечно, обеспечивая свободный поток информации. И только. Не хотите – не обращайте и не разрабатывайте.
Вообще-то первое, что имеется тут в виду – это борьба с терроризмом. С экстремистскими сайтами, например. И тут можно вспомнить множество документов ООН, призывающих осудить и запретить не только пропаганду «старого» фашизма, но и «нового» мусульманского экстремизма. Более того, в США – среди прочих – действует «команда по цифровым внешним контактам», которая по большей части Ближним Востоком и занимается. Ищет на экстремистских форумах и чатах слабые места и дезинформацию, входит в разговор, мгновенно опровергает то, что можно опровергнуть – ссылкой на факт, цифру и документ. Не можешь отловить живого экстремиста, встреться с ним в информационном пространстве и победи его там в честном бою. Хорошая работа. Могла бы стать образцом для тех, кому захочется последовать будущей резолюции об информационной безопасности.
Почему тогда США голосовали против? Не будем забывать, что Америка пока что – первая информационная держава, которой выгодна если не монополия, то полная свобода рук в этой сфере. (И не будем забывать, кто изобрел интернет.) В принцип неограниченной свободы информации американцы верили до сих пор так же, как в принцип неограниченной свободы для финансистов делать деньги из воздуха и заваливать этим целые экономики.
Но очень похоже, что и информационное поле – а не только финансы – оказывается не местом для безбрежной свободы, просто американская миссия в ООН этого еще не хочет признать. Более того, есть такие темы для международной дискуссии, которые очень многим – не только США – и поднимать не хочется. Но, как видим, приходится.
Потому что есть чисто военная информационная драка – когда глушатся все линии коммуникаций противника, и есть нечто, расположенное в громадной «серой зоне» международного права. Да вот и кубинская делегация в ходе дискуссии в Первом комитете обвинила США «теле- и радиоагрессии» против Кубы.
Где кончается разрешенная информационная агрессия (а войну как факт международное право не запрещает), и где начинаются запрещенные в мирное время приемы? Пока что – почти нигде: информационное пространство в целом свободно от ограничений. Нельзя – в некоторых странах - славить Гитлера, отрицать геноцид еврейского народа, оскорблять богов и пророков, призывать впрямую к свержению правительств, и так далее. Но это все – национальные законодательства, а эфир границ не знает. Не говоря уж о том, что обнаружить и заглушить радио или сайт довольно трудно, даже если они нарушают чей-то закон.
И даже с точки зрения моральной никто пока впрямую не произнес, что нельзя без объявления войны вести информационную борьбу против тех или иных стран и народов. Пускать в эту страну ракету – точно нельзя (хотя ракеты иногда все равно летят), а вот финансировать десяток-другой сайтов или, скажем, телестудий, откуда годами идет информация о том, какое там плохое правительство – можно. Это можно делать и против США, не нарушая законы, другое дело, что США, с их возможностями, этого не боятся. И чего им бояться, если информационные войны были важной частью противостояния двух блоков – советского и западного, и войны эти были известно кем выиграны.
Но 167 голосов против одного – это серьезно. Это означает, что почти девяносто процентов государств мира хорошо понимают опасность и хотели бы от нее защититься. И не только от использования информресурсов «в преступных целях», как в резолюции. Потому что в последние годы было слишком много стран, которые сильно пострадали от грамотно организованной лжи. Слишком много правительств свергнуто – не обязательно по воле избирателя, много территорий отторгнуто, посажено много бездарных правителей. Заметим, что формально это делают частные лица, а вовсе не обязательно государственные пропагандистские ведомства. Хотя иногда отличить одно от другого трудно.
Ну, и что тут можно сделать? Принять законы, запрещающие любую критику любых правительств в любом информационном поле? А как технически отличить сознательную ложь от честного заблуждения? Да вот сегодня – спросите тех, кто не верил сначала, что войну в Южной Осетии начала Россия: вы занимались пропагандой или как? Что они вам ответят?
В общем, сегодня какие-то взаимные ограничения в информационной сфере даже теоретически кажутся невероятными. Но разговор почему-то становится все более оживленным.
