В своих новых письмах, адресованных Генпрокуратуре и СКРФ, я делаю очередную попытку привлечь внимание этих ведомств к происходящему в отношении меня «правовому беспределу». Как и обещал, пытаюсь наладить с ними «обратную связь». Все предыдущие попытки пока не дали никаких результатов.  Я получил несколько формальных отписок, но все же продолжаю сохранять зыбкую надежду на то, что в какой-то момент появится независимый и здравомыслящий сотрудник прокуратуры или следствия, который «свежим взглядом»  посмотрит на уголовное дело и хотя бы задаст какие-либо вопросы для выяснения истины по «делу».

В этом письме, копии которого будут направлены все тем же адресатам , я описываю стиль и технологии следствия, в роли которого выступило ГСУ МВД по г. Москве. Как я уже писал, следствие по нашему «делу» вела старший следователь по особым делам подполковник юстиции Гаврилова Т.А. Надо отдать ей должное, «дело» было расследовано в кратчайшие сроки. Обычно, подобная статья 159 УКРФ, подразумевает около года изысканий с последующим полугодовым ( а зачастую и более) судебным разбирательством. В нашем случае все следственные мероприятия состояли из двух «серьезных этапов».

Первый этап – это две очные ставки через неделю после ареста со «свидиетелем» и «потерпевшим» сотрудниками МВД.

Каждая не дольше часа. Допросы четырех свидетелей и «муторное» прослушивание и расшифровка аудиозаписей переговоров, которые, по своей сути, и являются «ключевым» доказательством следствия. Этап этот длился практически два месяца.

Второй этап – его начало совпало с продлением срока содержания под стражей. Он длился чуть больше месяца. За это время был подготовлен новый протокол прослушивания аудиозаписей тех же встреч и проведено наше ознакомление с этими аудиозаписями и протоколами прослушиваний. Завершился он ознакомлением с «делом» и предьявлением обвинительного заключения, которое является итогом работы следователя.

Из текста письма будет понятна суть моих претензий к работе следствия, а также некоторые моменты на которые стоит обратить внимание тем, чьи родственники или друзья попали в похожую беду.

В Следственный комитет РФ ГСУ СК России по г. Москве

Адрес :ул. Арбат д. 16/ 2ситр.1 г. Москва, 119002

От Калинина В.Ю., содержащегося в СИЗО 77/2 –ФКУ УФСИН г. Москвы ,

обвиняемого по делу 665046

ЗАЯВЛЕНИЕ

Прошу провести проверку законности действий старшего следователя по особо важным делам     4 отдела СЧ ГСУ ГУВД  по г. Москве Гавриловой Т.А. в ходе следствия по уголовному делу №665046 в отношении меня и Попова П.Б. на предмет наличия признаков преступлений по статьям 292 УК РФ (служебный подлог) и 303 УК РФ  (фальсификация доказательств).

Так, в предъявленном мне, обвинительном заключении следователь Гаврилова Т.А. указывает в качестве первого доказательства стороны обвинения, рапорт оперуполномоченного ФСБ России  об обнаружении в действиях Попова П.Б. и Калинина В.Ю. признаков преступления , предусмотренного ст.159УК РФ (т.1.л.д.146) , несмотря на то, что в указанном рапорте оперуполномоченный ФСБ заявляет о том, что признаки преступления усматриваются только в действиях Попова П.Б. и нет такого утверждения в отношении меня , Калинина В.Ю.    Так же прошу учесть, что именно этот рапорт стал основанием для возбуждения уголовного дела как указано в постановлении Гавриловой Т.А. от 28.07.11 (л.д. 1 т.1.). Таким образом , очевидно, что следователь в своем обвинительном заключении предоставляет заведомо ложную информацию о содержании указанного рапорта и тем самым вводит в заблуждение и прокуратуру и суд.

Помимо этого, в материалах уголовного дела имеется целый ряд документов, сознательно сфабрикованных и составленных с нарушениями процедуры проведения следственных мероприятий.

Так , в материалах уголовного дела имеются протоколы прослушивания фонограмм , составленных Гавриловой Т.А. при участии понятых Каютина И.Е. и Рюминой Н.В. от 27.09.11 (л.д.66-150 т.2) с явными процессуальными нарушениями.

В протоколе прослушивания фонограмм от  04.08.11  (л.д. 152-227)  содержатся расшифровки трех аудиозаписей переговоров от21.07.11 (л.д. 188 т.2) , от 25.07.11  (л.д. 222 т.2) и от  26.07 11 (л.д.224 т.2) , которые были скопированы в полном объеме из материалов ОРМ ГУУР МВД, которые так же имеются в деле (л.д.70, 122, 136 т.1)   Причем , абсолютно идентичны , как сами тексты расшифровок переговоров , так и комментарии людей , проводивших прослушивание . Более того,  идентичны даже орфографические ошибки в текстах . Это свидетельствует о том , что указанные следственное мероприятие не проводилось , а имело место простое копирование текстов из материалов ОРМ ГУУР МВД, что по своей сути , является служебным подлогом.

На самом деле весь протокол прослушивания фонограмм от 04.08.11 изначально представлял из себя точную копию протоколов прослушивания из материалов ОРМ ГУУР МВД . Когда же в ходе ознакомления с фонограммами переговоров я указал на явные неточности в расшифровках и несоответствия в буквенных наименованиях участников переговоров , следователь Гаврилова , поначалу стала вносить изменения в тексты , а затем заявила , что скопирует в этот протокол тексты из протокола от27.09.11 , что и сделала впоследствии. Это очевидно при сравнительном анализе двух протоколов от 04.08.119(л.д.152-227т.2) и от 27.09.11 (л.д. 66-150 т.2)

Так же в протоколе прослушивания фонограмм от 04.08.11 в текстах расшифровок переговоров от 14.07. 11 и 22.07.11  (л.д. 170 и 22т.2) сознательно удалены куски текстов в окончании переговоров,  что видно из их сравнительного анализа  с протоколом от 27.09.11 (л.д.82 и 126 т.2)  Причем именно эти части текста представляют важность для установления истины по делу . Они подтверждают мои и Попова показания  о том, что организатором и подстрекателем всех инкриминируемых нам деяний был человек по имени Роман , роль которого сознательно искажается следствием.

Аналогичным образом был составлен и протокол прослушивания фонограмм телефонных переговоров  от 29.09.22(л.д. 26-62 т.2) ,где все тексты расшифровок скопированы из материалов ОРМ  ФСБ России ( л.д. 185-281т.1) .В нем также имеются идентичные комментарии  и ошибки , что свидетельствует о том, что реальное прослушивание и расшифровка в ходе следствия не осуществлялись , а протокол фактически сфабрикован.

Все , перечисленные факты свидетельствуют о том, что наиболее значимые доказательства , на которые ссылается следствие в обвинительном заключении были сфабрикованы или скопированы из других источников. Такой подход к проведению следственных мероприятий и отражению их в материалах дела указывает на нежелание следствия выяснить истину по уголовному делу и подтверждает их незаконный характер.

ПРОШУ

Провести проверку законности действий старшего следователя по особо важным делам 4 отдела СЧ ГСУ при ГУВД по г. Москве Гавриловой Т.А. на предмет наличия признаков преступлений , предусмотренных ст.292 УК РФ и ст. 303 УК РФ в ходе следствия по уголовному делу №665046.

09.01.12                                                                                                           (Калинин В.Ю.)

Копии направляются :

- Прокуратуру г. Москвы.

- Генеральную прокуратуру

- Департамент собственной безопасности МВД России

- Следственный Комитет РФ